"А такой весны у нас не было сотни лет.
Из дремучего леса выйти в морской простор,
и смотреть в синеву, и лежать на своей земле,
за рассветные нити крепко держать восток.
То ли змеем узорчатым, солнечным, огневым,
то ли птицей причудливой, праздничной, золотой
- отпускать его выше моря и синевы,
проводить по звенящей радуге над водой.
А такой весны у нас не было с тех времен,
когда мы отличались отблеском в именах.
А теперь у нас имена – молоко и мёд,
ароматы трав заповедных, игра вина.
Здесь и время течет по-другому, и слог – иной.
Никогда не зовут сестрой, но зовут – своей,
здесь такая музыка льется – не нужно нот,
чтобы стать ее частью и покориться ей.
За широкие реки ходила искать огня,
за высокие горы водила несущих свет.
А теперь ее сила вовек бережет меня.
Я смотрю в синеву, лежу в молодой траве.
Над тюльпановым деревом воздух дрожит струной,
и одна поет, а другая толкует сны…"
